среда, 6 сентября 2017 г.

от перемены меняется

Это – лето 2013-го. Центр города. Железнодорожная станция «Минск-Восточный».



А весной следующего года в Минске пройдёт чемпионат мира по хоккею с шайбой. Пост надо было писать не в «Места», а в «События», потому что это на самом деле было событие, повлёкшее за собой (и перед собой) массу перемен. В том числе и перемен туалетов. От перемены туалетов много чего зависит.

воскресенье, 27 августа 2017 г.

храм в тюрьме

Сегодня я узнала, что же это за церковь за колючей проволокой в центре Вильнюса.

Церковь Святого Николая Чудотворца, которая больше ста лет является неотъемлемой частью Лукишкской тюрьмы.



Почему-то три года назад я решила, что храм старый. Он, действительно, старый, столетний, но он ведь так не выглядит.

учат города

Отец говорил: «Важно, в каком городе учиться, потому что и город учит».

Минск, 3 мая 2013-го, на пути в ГАИ


Минск, лето 2015-го


Питер, 1 июня 2016-го



Минск, на двери канцелярского магазина

понедельник, 31 июля 2017 г.

церковка-царица



Моё главное место в Гродно – Каложа (по-русски – Коложа, пишу по-белорусски, так красивее). Борисоглебская церковь. Крохотная церковка на холме на берегу Нёмана. Двенадцатый век.

К реке она стоит своей деревянной стороной. Мы опять идём к ней с этой стороны. Вдоль берега. Потом поднимаемся по крутой лестнице, выложенной из больших камней.


Улитка на лестнице

Отсюда и Фарный костёл видно, и пожарную каланчу

А уходим от церкви опять со стороны каменной.



Каменная сторона красивая необычайно. Мозаикой в узеньких кирпичах выложены кресты-цветы.




Деревянная сторона – обычная. Но она не мешает. Она – как деревянная нога у хорошего человека: необходимость, часть и мнение о человеке не портит.

Дерево заканчивает то, что начиналось с камня.






Здесь всё рядом: и центр города, и старый замок, и улица с троллейбусами и двухэтажками, и частный сектор, и мосты через Нёман. И всё равно здесь тихо, спокойно, радостно, даже весело. Эта церковь для меня – весёлая.

Захватывает дух от осязания веков.

воскресенье, 23 июля 2017 г.

на Передовой

Мне нужно было в фирменный магазин «Слодыч». Я знала, что прямо на фабрике есть, на Радиальной, где-то недалеко от Тракторного завода. Но не могла себе представить, как до него добираться. Решила, что поеду в фирменный магазин на Комаровке. А когда в электричке ехала, на подъезде к остановке «Тракторный завод» увидела случайно вывеску «Слодыча» из окна, фабрика оказалась совсем рядом. Так что я на «Тракторном» вышла и пошла пешком до Радиальной.

Шла, получается, по Передовой.

Я очень люблю ходить по таким улицам, по частному сектору, но именно по нашему, постсоветскому. Я на такой улице жила и выросла. И хотя на Передовой лавочек нет перед заборами, и на каждом доме – тарелка, а перед каждыми воротами – джип, ощущение всё равно то же – приятное.

Улица неровная и широкая, никто по ней не ездит (воскресенье, рано), у железки на бетонных блоках влюблённые сидят, разговаривают. Цветы, трава, тишина.

В конце улицы перед воротами стоял «Москвич».



суббота, 8 июля 2017 г.

Восток



Когда-то Минск был с одной только стороны проспекта. Теперь много всего построили, очень всё изменилось. Но это со второй стороны проспекта, а с прежней – как было, так и осталось. На доме, который напротив Национальной библиотеки, так и висит красно-зелёное «Квiтней, родная Беларусь». Буквы не выцвели и не облезли. Буквы – ориентир. По ним я раньше, в конце девяностых прошлого века, этот дом искала. Аня с Юрой снимали в нём квартиру. В этой квартире мы отмечали их свадьбу. Единственная на моей памяти свадьба в однокомнатной квартире и самая тёплая и весёлая свадьба из всех, на которых мне доводилось бывать.

Свадьба была зимой, а осенью, помню, я шла однажды к Ане в гости. Просто так. И просто так подумала, что можно купить шампанского. И купила. Первый раз в жизни тогда купила вина без повода и первый раз в жизни без повода пила.

Это через дорогу от библиотеки, на пути к усадьбе Ваньковича

пятница, 30 июня 2017 г.

у Святого Архангела Михаила

Сегодня в Солах была, костёл был закрыт.


Потом была в Сморгони, Костёл Святого Архангела Михаила тоже был закрыт. Просто на моё счастье женщина делала там уборку. И пока она убирала, я посидела.


Говорят, в Солах в костёле служба ведётся на польском языке, а в Сморгони, которая рядышком совсем, – на белорусском



Потом вокруг обошла.



За костёлом, за рекой, которая называется Оксна, православный храм. Он огромный, но на гугловской карте его нет.

пятница, 23 июня 2017 г.

кто рано кофе продает, тому и Бог дает

Сегодня сдавала на паспорт документы ребёнка, которому без двух недель четырнадцать лет. Ездила аж в Ждановичи, больше часа добиралась туда к восьми, приехала за двадцать минут (до начала приёма имеется в виду) и освободилась почти сразу, в 08:07, наверное. На маршрутке вернулась быстро на вокзал. До работы – куча времени, а я очень хотела есть и кофе. Тогда пошла в «Пахлаву» – открывшуюся недавно на Кирова, 4 кофейню.

Я работаю в Минске, а живу в агрогородке. Конечно, он не очень настоящий, в том смысле, что с утра у нас здесь никто не работает на земле, если не считать бабушку Машу, которая ни свет ни заря может ворожить в палисаднике. На электричку в 06:33 будешь идти по пустому совершенно посёлку, а через 17 минут в Минске жизнь уже кипит, но кофе в семь утра можно купить разве что в «Белсаюздруке» на Площади Победы.

Я же была всё-таки на вокзале, на центральном железнодорожном, прямо рядом с которым центральный автобусный. Поэтому я шла в «Пахлаву» в предвкушении. Но пришла и увидела, что «Пахлава» работает с десяти. И тогда я пошла в «26».


Через дворы пошла, а там – такой вот дом прекрасный


Я заказала раф, но забыла попросить, чтобы без сахара.

Кофе принесли сладкий, я ещё и пирожное заказала. И всё вместе было так сладко, но так было вкусно, что просто наслаждение.

Получила удовольствие.

Кофе у них очень хороший. И ребята работают хорошие. И работают с восьми.

пятница, 16 июня 2017 г.

Бобруйск

Встреча у меня была назначена на полодиннадцатого, а приехала я в 08:37. Специально (специально вставала в четыре утра), чтобы до этой самой встречи погулять. Ехала на поезде Минск – Гомель, который бизнес-класса. Очень удобно и очень быстро. До Бобруйска от Минска ехать чуть больше, чем полтора часа.

Я была в Бобруйске один раз, больше двадцати лет назад, в студенчестве. Ездила с подружкой к её каким-то родственникам, вообще не помню, на чём, и не помню, зачем я-то потянулась. Не исключаю, чтобы в этих гостях просто поесть. Я не помню, когда именно это было (кажется, поздней осенью или зимой 96-го), вообще не помню людей, у которых мы были, я запомнила только, что Бобруйск оказался особенным. Хотела написать – не такой, как другие белорусские города, но двадцать лет тому я не знала белорусских городов, за исключением Минска, Борисова и, допустим, Жодино, ну, ещё Смолевичей. Могу написать так. Двадцать лет назад мне было неинтересно рассматривать белорусские города. И вот в Бобруйске вдруг стало интересно. Это был город, который можно было без грима снимать в фильме, где действие происходит сто и больше лет назад.

Про это впечатление я помню очень хорошо. До сих пор, до которых я побывала уже в очень многих белорусских городах и местах. И чтобы проверить это впечатление, как только представилась возможность поехать в Бобруйск, я в него поехала.

Приехала на вокзал – ничего особенного. Много где такие вокзалы. Вышла, осмотрелась и пошла по Интернациональной.

Ничего особенного.

С Интернациональной свернула в один из многочисленных входов в парк культуры и отдыха, и вот там уже что-то началось. Как будто повеяло.

В парке – пусто. Никто не ходит, ни тем более не бегает. Пушка, лавочки, неработающий фонтан. Становилось жарко. Тут мне позвонили по работе и пока я разговаривала, я из парка вышла. По улице Либкнехта на улицу Энгельса.

Справа – открытый магазин и закрытое кафе.

Это оттуда фотография
Я дошла до перекрёстка с Октябрьской (Кастрычнiцкай), на которой по прикидкам мне надо было сворачивать направо, но не свернула, осталась всё-таки на Либкнехта, потому что на ней уже показались впереди особенные дома.

Вот вам один

Дом, кажется, брошенный, но во входной двери форточка открыта, как будто привидениям нужен свежий воздух


Это на той же улице. За домиками – храм. Свято-Никольский кафедральный собор





Собор уже на Советской. Я дошла до неё и справа увидела детскую стоматологическую поликлинику. Я вообще не умею собирать грибы. Я их вообще не вижу. И если вдруг в лесу я вижу гриб, я расцениваю это как чудо. Что-то похожее испытала, когда эту поликлинику увидела. Хотела, конечно, сразу фотографировать. Но потом смотрю – дальше по Советской много таких зданий, все здания – такие.

Это уже был тот Бобруйск, который я запомнила.

По Советской я иду до Московской, там сворачиваю налево и сразу направо, через площадь Победы, и впереди уже хорошо виден и слышен рынок, начинается пешеходная часть улицы Социалистической. И хотя времени – часов десять буднего утра, здесь многолюдно, как в вечер накануне выходного. Многолюдно и радостно.


Кирпичики, балкончики, арочки, занавески. Солнце. В кафешке – павильоне из плотной синтетики – полно взрослых и детей. Я тоже захожу. Вижу, что продают только холодные напитки, в первую очередь, пиво.

– Доброе утро! Кофе у вас есть?

– Растворимый только.

Тогда иду на рынок.

Но сначала к этому зданию на Карла Маркса свернула 
На рынке все почти продавцы пьют кофе из пластиковых стаканчиков и резко пахнет китайскими шлёпанцами. С первого взгляда рынок отличается от других рынков большим количеством точек продажи аксессуаров для проводов в последний путь. Вообще в Бобруйске много магазинов ритуальных услуг. Я вот сейчас вспоминаю, что не могу вспомнить ни одной пройденной аптеки, зато траурные венки продавались едва не на каждом шагу.

Уж, конечно, тут сразу (тем более, что в двух метрах от довольного жизнью бобра-кругляша, приветствующего всех напротив главного входа на рынок, фотографируется с туристами Остап Сулейман Берта Мария Бендер-бей в неглаженой морской фуражке) вспоминается, что в уездном городе N только рождались, брились и умирали. Прикидывая широту местной сферы ритуальных услуг (на одном лишь рынке: помидоры, венки, огурцы, капуста, венки, вёдра, венки, веники, венки) можно подумать, что в уездном городе Б только умирают. Хотя я не видела здесь ни одного даже просто печального человека, тем более никого, кто бы мог вызвать хоть какие-то ассоциации со смертью.

Отличается рынок и тем, что продавцы здесь никого к себе не зазывают. Они как будто не на работе, а у себя дома или в другом любимом привычном месте.

Продавец огурцов в алкоголичке-тельнике (ниже из-за прилавка я не вижу) раскачивается на стуле, разгадывая кроссворд. Он не высматривает покупателей, он вообще никого не видит, кроме соседки слева, у которой спрашивает: «Главная достопримечательность Одессы, на «д» начинается, вторая буква «е». Нет, соседка не знала. Я хотела было встрять, но очнулась. Какая Одесса, а? Человек, ты в Бобруйске! Какая тут может быть Одесса?!

Из народных мудростей, прочитанных и подслушанных на рынке, запомнила две: Заходи – не бойся, выходи – не плачь и Дурак работу всегда найдёт.

Значит, я дура. В Бобруйск-то, кстати, я ездила по работе, которая у меня тяжёлая и не ежеминутно любимая. Но день провела прекрасно. Значит, я та дура, которая всегда найдёт не только работу, но и повод для счастья.

А кофе пила, два раза. Об этом – отдельно.
Бахарова – улица такая, что я забылась и прошла по ней до её конца. Зашла в тупик и пришлось включать GPS, чтобы вернуться в реальность

В Бобруйске я впервые в жизни увидела красный шиповник.
А то мне всё покоя не давало стихотворение Владимира Дубовки «О, Беларусь, мая шыпшына, зялёны лiст, чырвоны цвет!»

Названия центральных улиц отличаются советско-комсомольско-социалистическим однообразием. И на эти улицы дома смотрят такими окнами.
В Бобруйске правило «Как назовёте, так и поплывёт» не работает. Здесь всё настолько настоящее, что сколько ни называй, ни переназывай, настоящим оно и останется. Возможно, это правило вообще нигде не работает. Надо подумать.


Это – не центральный вокзал, станция «Бярэзiна»

На всех почти заборах табличка «Осторожно, злая собака!» (где-то – вместо «Осторожно» – «Внимание»),
но никаких собак, мне показалось, за заборами нет.



Этот форт стоит на высоком берегу Березины. Говорят, ему больше двухсот лет. Не верится.
А на переднем плане – судно, построенное на Бобруйском судоремонтном заводе. Завода давно уже нет.

И вот это всё где-то в таком уже месте, что только случайно можно заметить, а если специально будешь искать, не найдёшь ни за что

Про этот зефир – здесь писала. А здесь напишу, что в Бобруйске на этом же перекрёсточке Социалистической и Карла Маркса,
где бобёр и центральный вход на рынок, в маленьком торговом центре есть большой фирменный магазин «Красного пищевика».
Там очень много всего, всё очень свежее и пахнет очень сладко. Я купила свой самый любимый «Бобруйский» зефир в коробке и одну зефирину на развес.
И это был мой обед. А кофе пила, конечно, на улице, на улице Социалистической   


Березина